Усиление власти магнатов

С усилением власти магнатов все больше проявляется их стремление превратить дворян в зависимых от них служащих и воинов, которые, оставаясь вассалами короля, служили магнатам, предоставлявшим им пропитание и защиту. Оно связано с созданием магнатами частновладельческих войск. Военные отряды магнатов назывались их «фамилиями» (familia) (середина XIII в.) и комплектовались воинами-дворянами (мелкими феодалами), именовавшимися «фамилиарами» (familiares); во второй половине XIII в. их стали называть «сервиецтами» (servientes). Воинов-двсь рян и их господина связывали отношения фамилиаритета, их обязанностью было сопровождать сеньора к королевскому двору и в военных походах, «как пожелает и распорядится господин». За это они получали небольшое имение. Отличие венгерского фамилиаритета от западноевропейского вассалитета состояло в том, что часто господин принимал на себя содержание (снабжение продовольствием) фамилиаров, живших при его дворе. Мелкий и средний феодал мог превратиться в фамилиара, попросив магната о защите его имения от нападений другого крупного землевладельца. Взамен он обязывался служить в войске его покровителя. Превращение дворян в магнатских фамилиаров лишало королевскую власть ее войска, основу которого они, будучи королевскими серви — ентами, составляли до середины XIII в. Фамилиаритет означал для дворян потерю былой самостоятельности, для сохранения которой ани прилагали все усилия. Дворяне настояли на издании буллы 1267 г., закрепившей их консолидацию как особой группы класса феодалов. Позже дворянам удалось добиться принятия государственным собранием закона, который признавал их орган власти в комитатах — коми — татское собрание (Deer, 1290; 1298). Назначаемые им четверо дворянских судей должны были вершить суд вместе с па — латином и ишпаном комитата (Deer, 1290, р. 173, 174). Предусматривалось участие четырех дворянских судей в судах над захватчиками чужих имений, а ими в то время являлись обычно светские магнаты. Закон предусматривал санкцию против попыток магнатов превратить дворянских судей в своих фамилиаров. В то же время он разрешал дворянам становиться «по своей воле» фамилиарами, запрещая, однако, принуждать их к этому (Deer, 1298, р.91). Таким образом, памятники свидетельствуют не только о сохранении самостоятельности (т. е. вассальной зависимости непосредственно от короля) значительной частью дворян, но и о росте их стремления участвовать во власти. Они добиваются от государственного собрания признания активной роли своего комитатского органа самоуправления. Более того, по свидетельству декрета, в 1298—1299 гг. было проведено государственное собрание без светских магнатов — дворянами и церковными феодалами (Deer, 1298, р. 91).